Университет Морровинда    

Приветствую  Путник, добро  пожаловать  на  официальный  сайт  Университета  Морровинда.

Сандас. 24.Месяц Огня очага.17 г. III эпохи



Навигация MorroWorld




ИМПЕРСКИЙ КУЛЬТ

Автор: Профессор Вварденфеллологии Леди Нат, известная так же как Nat.

Внимание: Ректорат не несет ответственности перед студентами и абитуриентами, а так же прочими интересующимися типами за возможные негативные последствия от прочтения нижеизложенного текста, а именно за:
- Желание завести скотину в виде квам,
- Возможное возникновение норобоязни, пещерофобий и прочих глюков,
- Желание носить короткую юбку и приделать к тапкам апостола святошечные каблуки,
- Берущиеся непонятно откуда цитаты на непонятных, но явно иностранных языках,
- Мэра Сурана, периодически проявляющегося в тексте и порнофильмах ужасов...

Ректор Университета
Judge_Den

В моих бесконечных странствиях по Морровинду очень часто приходилось пользоваться услугами Гильдии Магов. Чтобы выбраться из её отделения в Садрит Море, всегда приходилось проходить через Имперскую часовню. Там я каждый раз натыкалась на бритоголового имперца, который как-то странно на меня смотрел и подмигивал. Сначала я думала, что это из-за моего ручного рабочего-квамы, но после двадцатой встречи я решила узнать, что же всё-таки ему надо?
– Хочешь… приобщиться к Имперскому Культу? – спросил он, радостно потирая ладошки.
Вот так всегда. Как встретишь видного мужчину – так он монах или голубой.
– Допустим.
– Отправляйся в Эбенгард! Там тебе всё расскажут! – радостно возвестил он.
Ну да, конечно. Было бы странно, если бы не пришлось идти за тридевять земель. Уходя, я заметила краем глаза, как коллега бритоголового в красной мантии отчитывал из кошелька золотые монетки, бормоча что-то о проигранном пари.
Из Садрит Моры в Вивек, потом – амулет Божественного вмешательства – вот я и в Эбенгардской часовне. Меня встретил жизнерадостный редгард, чем-то похожий на Ленни Кравитца.
– Привет, красотка! – воскликнул он. – Ты к нам?
– Эээ… ну да.
Стоящая чуть поодаль дама неодобрительно покосилась на мою мини-юбочку.
– Здорово! – ликовал редгард. – Я Кайе, сержант алтаря. Ещё тут есть Илус Труптор, собиратель пожертвований и Синнолиан Тунифус, целитель. За заданиями приходи к нам. Не забывай время от времени произносить пароль – «повышение».
– Повышение! – сказала я.
– Пока что ты мирянин, но вот поработай немного, навыки повысь (Красноречие, Бездоспешный бой, Восстановление, Мистицизьм, Колдовство, Зачарование и Дробящее оружие), а потом скажи пароль ещё раз.
Сначала я решила сходить к Синнолиану Тунифусу, чисто из любопытства – как может выглядеть человек с таким именем? Оказалось, ничего особенного. Попросил принести ему 5 порций болотного тростника, растущего на ферме Балура Сальву, а заодно отдать Балуру бутылочку самогона. На бутылочку для конспирации была наклеена этикетка «Зелье улучшения силы», ну да что я, самогон что ли не распознаю?
Нужная ферма оказалась неблизко: из Эбенгарда по дорожке на север, справа остаётся поселение Хлаалу Вивека, затем дорожка раздваивается. Правая ветка приводит к ещё одной развилке, там тоже нужно свернуть направо (чего ещё ждать от монахов?) – а там и ферма недалеко.
Дойдя до фермы, я порядком устала и решила сесть на пенёк и съесть пирожок, а своего кваму пустила побегать. Через несколько минут раздались крики, и из-за пригорка выбежал разъярённый фермер.
– Это твой квама у меня на грядках бегает?! – возопил он.
– Ну да.
– Он мой тростник клюёт!!!
– Да он не клюёт, а нюхает! – попыталась возразить я.
– Ничего себе, уже пол фазенды снюхал! Кто мне теперь возместит убытки?
– Так это ты Балур Сальву? – обрадовалась я. – У меня для тебя подарочек от Синнолиана Тунифуса.
Получив самогон, фермер успокоился, присел рядом и повёл задушевную беседу о флоре Морроуинда. «Зелье улучшения силы» делало его всё более и более разговорчивым, и под конец он подарил мне мешок тростника – для квамы.
Синнолиан Тунифус, получив пять пучков тростника, вручил мне «Зелье восстановления здоровья» и ступку с пестиком. Будет, куда цветочки посадить.
– Теперь мне нужо 5 порций муска! – сказал он. – Поезжай в Гнисис, там найдёшь крестьянина Абишпулу Шэнда, а если даже и не найдёшь, то просто собери муск около его дома. Никто тебе и слова не скажет. А заодно вот, отнеси Капеллану Огрулу из форта Дариуса Зелье восстановления здоровья.
Из Эбенгарда пришлось плыть на корабле в Хла Оуд, оттуда в Хуул, а их Хуула на силт-страйдере в Гнисис. Корабельщики не создавали особых проблем с перевозкой моего квамы, но вот погонщик силт-страйдера сказал нам очень много тёплых слов. И это несмотря на двойной тариф! Правда, заметив рукоять моего верного кинжала, он немного успокоился.
Абишпулу Шэнда в Гнисисе не наблюдалось, на запертой двери его дома висела табличка: «Ушол Щасвирнус». Поразмыслив немного над тем, что бы это могло означать, я наковыряла муска из белых бочкообразных растений и отправилась к Капеллану Огрулу в форт Дариус. Капеллан Огрул принял нас с квамой радушно и тут же предложил принять по 100 грамм принесённого «Зелья восстановления здоровья».
– Нет, я лучше чайку, Липтона с лунным сахаром, – вежливо отказалась я.
На капеллана зелье оказало тот же эффект, что и на фермера – он стал донельзя добрым и разговорчивым и научил меня Заклинанию Восстановления. Наверное, он не стал бы этого делать, если бы видел, что за его спиной квама утащил батон.
Когда мы ушли из форта, была уже ночь, так что я решила заночевать в Трактире Мадач. Никаких удобств в этих трактирах не бывает, так что умываться и чистить зубы перед сном пришлось в речке Оуада Самси. Квама весело носился по воде, поднимая фонтаны брызг и распугивая рыб-убийц, и вдруг послышался голос:
– Помогите!
– Квамсик, ты говорить научился? – обрадовалась я.
– Я всегда умел! – обиженно ответил квама.
– Так то по-квамски, а сейчас по-человечески!
– Это не я, это он! – квама показал усом куда-то в темноту.
Посреди реки чернелось что-то белое. Подойдя поближе я увидела дрожащего данмера, стоящего по пояс в воде.
– Ты кто такой? – спросила я.
– Хентттттус Йансурнумму! Ппппомоги мне! Мой друг Хайнаб заббббрал мои штаны, я тут ццццелый день куккккую, промёрз ддддо костей, да ещё этттти рыбы-убийцы! Пожжжжалуйста, ппппринеси мне штаны!
Не царское это дело, подумала я, но всё же отправилась на поиски Хайнаба, пока Хентус не отморозил что-нибудь важное. Хайнаб бодро вышагивал поблизости от пещерных поселений и долго не замечал меня. Я бы бегала за ним до утра, да мой умница-квама здорово поставил ему подножку, так что данмер растянулся на земле.
– Отдавай штаны! – рявкнула я.
– Чего? – опешил Хайнаб.
– Штаны отдавай, cazzo di cane!
Хайнаб принял итальянское ругательство за опасное заклинание и потянулся к ремню.
– Да не свои, дурень! Отдавай штаны, которые украл у Хентуса, да поскорее!
– А зачем они ему? Он их надеть-то без посторонней помощи не сможет! – заржал Хайнаб, поднимаясь с земли.
Пришлось строить ему глазки и грозить кинжалом, пока его отношение ко мне не поднялось до 100%. Может, и поменьше хватило бы, но я недомерок не люблю. Размахивая полученными штанами как знаменем, я понеслась к реке.
Посиневший Хентус в благодарность подарил мне листики хальклоу и побежал в Тарктир Мадач, отогреваться киродиильским. Мы с квамой отправились туда же.
Разумеется, на двери висела табличка: «Местов нет», но для Архимага это не проблема. На нижнем этаже в одной из комнат обнаружился весьма симпатичный Генерал Дариус. Он с удовольствием согласился уступить мне свою постель на ночь, но с двумя условиями: квама переночует на улице, а сам Дариус останется в той же постели. Вспомнив своего сердечного друга в столице мира, я грустно покачала головой и достала из сумочки Свиток Полного Господства. Генерал Дариус провёл ночь у барной стойки, наливаясь флином и сетуя на «поумневших босмеров», квама же очень удобно устроился под столом.
Утром, позавтракав скаттлом и листиками хальклоу и накормив кваму тростником, я поковыряла отмычкой сундук Дариуса. Брать я оттуда ничего не стала, Безопасность повысилась, и ладно.
– Пойдём-ка, квасик, сходим в Храм, на пепельную маску посмотрим!
Кваму в храм не пустили, но он не обиделся.
– Делать мне нечего, на всякую фигню смотреть! – сказал он и пошёл искать вкусную траву.
Посмотрев на маску, я сунула палец ей в рот.
– Вы что делаете?! – накинулся на меня ординатор.
– Ой, извините! Видите ли, я видела другую маску, только не пепельную, а мраморную, и размером побольше, так вот ей надо руку в рот засовывать.
– Зачем??? – офигел ординатор.
– Говорят, если лжец туда сунет руку, то маска её откусит. Она называется «Уста Истины»
– Да ну! И что, вы тоже совали?
– Конечно.
– Ну и как?
Я показала ему целые и невредимые руки.
– К этой маске обычно все молодожёны ездят, но и обычных людей там полно.
– И где же это? Я бы тоже совершил туда паломничество! А то стоишь тут целый день, от скуки хоть на стену лезь, – ординатор пошевелил пальцами, прикидывая, выдержит ли индорильская броня укус мраморной маски.
– Слишком далеко, друг мой. Вряд ли вы когда-нибудь попадёте туда.
С этими словами я покинула Храм. Пришло время отправляться назад в Эбенгард.

У порта силт-страйдеров нас ожидала проблема – исчез водитель. Побегав по Гнисису, я решила рискнуть и поехать на клеще самой, но только я дотронулась до его шершавого бока, как он взвыл на весь Ввардерфелл.
– Блин, он под сигнализацией! Как её теперь выключить?
Квама ничего путного мне не сказал, но тут откуда-то снизу донёсся отборный мат. Посмотрев с трапа вниз, я увидела погонщика Пуниби Йахаза, стоявшего под ногами своей блохи.
– А ну, отошли от машины! – гаркнул он, доставая какую-то маленькую штучку и тыкая ей в сторону клеща. Тот пикнул пару раз и затих.
– Ты что там делаешь, о недостойный?
– Подковы меняю. А тебе чего?
– Мне в Хуул надо, и побыстрее!
– Ааа, опять ты со своим квамой. Сейчас, ещё два гвоздя забью, и поедем.

В Имперской часовне Эбенгарда я с порога крикнула Кайе: «Повышение»! «Новичок!» – откликнулся он.
Синнолиан Тунифус был очень рад меня видеть и за хорошую работу подарил мне зелье от обычных недугов, реторту и экземпляр «Настольной книги алхимика». Один такой я уже где-то стянула, осталось вспомнить где и вернуть хозяину. Ещё он подсунул мне Амулет Маран – абсолютно бесполезную вещь.
Далее ему понадобились 5 цветков ивы. Мне это всё начало надоедать – дал бы сразу список покупок, а то за каждой ерундой бегать чёрт знает куда – никаких ног не хватит. Краснея и пряча глаза, Тунифус признался, что он крадёт цветы на ферме Гурака гро- Баграта, что к северу от Квартала Чужеземцев. Пускай и дальше крадёт, подумала я, а я куплю цветы у алхимика. Делать мне нечего, бегать в такую даль! За букет цветов Тунифус подарил зелье лечения парализации и книжку. Почитаем на досуге.
Затем этому нехорошему человеку понадобилось 5 порций скрибового желе.
– Рядом с Балморой есть шахта Шалка, там куча скрибов, – напутствовал он меня. – И вот ещё что, сестра моя… Как бы это сказать-то…
– Что?
– Ты бы… Не холодно тебе в такой короткой юбке? Надела бы мантию, а то, не ровен час, простудишься.
Мне моя юбочка короткой совсем не казалась, но раз Тунифус так нервничает, заскочу домой в Альдрун и переоденусь.
Эх, Тунифус, Тунифус… Не ищешь ты лёгких путей, а надо бы. Зачем переться в Балмору, когда вокруг Эбенгарда эти скрибы целыми ротами ползают? Но только я нацелила лук, как мой верный квама со всего маху поддал мне под коленки, и я пребольно ударилась спиной о землю. Стрела улетела к внеземным цивилизациям.
– Ты сдурел слегка, животное?! – взвилась я. – Ты на кого нападаешь?!
– Это мои родичи. Не трогай их! – строго сказал квама.
– Ну ладно. Пойдём сейчас к алхимику, аптекарю и трактирщику и купим желе. Согласен?
– Согласен.
Так мы и сделали. Потом отправились домой, в Гильдию Магов Альдруна, где я долго мучилась, не зная, какую мантию выбрать. Выбрала синие брюки.
– Ну вот, молодец, переоделась, – обрадовался Тунифус. – Возьми это зелье нейтрализации яда, исцеления Мора и перегонный куб. Теперь принеси-ка мне 5 корешков пробочника, его ты сможешь найти на Аскадианских островах.
На выходе из часовни мне подмигнул Кайе.
– Повышение! – сказала я.
– Обращённый! – ответил он. Вроде как в прошлый раз отзыв был другой, или мне показалось?
На Аскадианских островах росло немеряное количество пробочников, откапывать корешки я получила кваме. Тот с азартом принялся за дело, и через несколько минут у меня под ногами лежала целая куча грязных и измусоленных корней.
– Боже мой, квамсик, на них смотреть противно, не то, что в руки брать!
– Не хочешь, не бери! – ответил квама и одним махом съел половину кучи. Я выбрала 5 штук почище, остальное исчезло в его прожорливой пасти.
Тунифус брезгливо поморщился и дал мне за корешки зелье излечения обычных недугов и зелье восстановления здоровья.
– Если бы не ты, он бы ещё и книжку подарил! – упрекнула я кваму. Упрёк не подействовал – мой квама книг не читает, это для него не ценность.
– Сестричка, принеси мне 5 кусочков мяса крыс! – сказал Тунифус.
– Что?!
– Да-да. Пять кусочков мяса крыс. Отправляйся в канализацию Вивека и без мяса не возвращайся.
– Фу, мерзость какая! Тунифус, я боюсь крыс! Может, сам сходишь?
– Ещё чего! Запомни: не принесёшь мяса, повышения тебе не видать.
Понурившись, побрела я в канализацию, по дороге распекая кваму. Ведь это из-за того, что он испортил корешки, нам дали такое противное задание! Но видно, моя покровительница Азура решила мне помочь. Пока я добрела до Вивека, из кустов на меня то и дело выскакивали крысы, так что очень скоро 5 кусочков мяса были у меня в рюкзаке. Одна из крыс оказалась моровой, ну да ничего, так Тунифусу и надо. Будет знать как посылать меня в отстойники!
– Ага, принесла! – обрадовался Тунифус. – Молодец! Вот тебе зелье нейтрализации яда, и ещё я хочу научить тебя кое-чему.
– Чему же?
– Некоторым приёмам рукопашного боя. Смотри: это называется хук справа (я пригнулась), это – хук слева (я отскочила), а это – апперкот!
За секунду до того, как он показал мне апперкот, я прочитала заклинание щита, и его кулак ударился о розовую сияющую преграду.
– Ойййяяя! – завыл Тунифус.
– Какое следующее задание? – спросила я.
– Принеси мне кусочек кожи нетча! – сдавленным голосом сказал Тунифус, потирая ушибленный кулак.
– Нет, неправ ты, Синнолиан! – подал голос стоящий рядом Илус Труптор. – на девушку с кулаками… Это не дело. Ты иди за шкуркой нетча, маленький босмер, а я пока что расскажу нашему целителю о хороших манерах! – обратился он ко мне.
Найти нетча около Вивека – не проблема. На любом дереве висит и сопит, только стреляй.
– Шшших! – пронзённый стрелой нетч валится вниз. Странно, такой здоровый, а кожи так мало получилось…
Тунифус поблагодарил меня за кожу нетча, подарил зелье лечения паралича и пояс Смягчающего Бальзама Балины. Ничего так поясок, полезный. Больше у Тунифуса заданий для меня не было, он торопился поставить примочку на свежий фингал, а меня с распростёртыми объятиями принял Илус Труптор.

Илус оказался очень воспитанным и учтивым имперцем. Рассказал мне о нелёгкой работе сборщика пожертвований, о том, как неохотно люди расстаются с кровными дрейками, и как тяжело приходится беднякам. Когда на мои большие босмерские глаза навернулись слёзы, Илус послал меня на первое задание.
– Тут рядышком, в Эбенгарде, есть Миссия Скайрима. Сходи туда и попроси у них пожертвования для бедных, я думаю, не меньше 100 дрейков получишь. Тут недалеко, около таверны «Шесть Рыб», где колодец.
В Миссии Скайрима меня тепло приветствовали нордлинги.
– Ооо, Неревар пожаловал! – радостно взревел бритоголовый Брайринг. – Надоть чего?
– Ппппожжжертвования для бедных! – пролепетала я. Бедный квама от такого рёва спрятался под стол.
– Пожертвования? – Брайринг похлопал себя по карманам. – Извини, вчера в Суране был, все в доме Дезель оставил. На, держи 10 монет, в лучшие времена дам больше.
– Лучшие времена скоро настанут, – заверила его я. – Как вам новый мэр Сурана?
Брайринг показал большой палец. Стоящая рядом Эйруки Целитель Сердец укоризненно покачала головой и протянула мне 40 золотых.
– Одни бабы на уме, хоть бы раз о бедных подумал! – бросила она Брайрингу. Тот показал ей язык.
Рыженькая Ингокнинг раскошелилась на 20 монет, объяснив это тем, что только вчера приобрела стеклянный кинжальчик.
– Дорогой, сволочь, а что делать? – резюмировала она.
– Что делать, что делать… На Красную Гору сходи, там их бесплатно раздают. А каждому десятому посетителю ещё и меч в подарок.
Но Ингокнинг испуганно потрясла головой и посмотрела на меня с уважением. Странно, чего это она так боится на Красную Гору идти?
Длинноволосый блондин Бедрафлод, смущённо переглянувшись с Брайрингом, отстегнул 10 монет. Кажется, я знаю, где он потратил свои денежки…
– Ты к начальнику сходи, к Хейдмиру. Он в Суран не ездит, хи-хи-хи!
Что бы значило это «хи-хи-хи»?
– Вы в каком полку служили? – с порога спросила я Хейдмира.
– Эээ… А что?
– Как насчёт пожертвований для бедных? Конечно, Вы можете отказаться, но предупреждаю – у нас длинные руки.
Испугавшись, как бы этот разговор не привёл к неприятным последствиям, бородач отсыпал мне 200 дрейков и лично проводил за дверь. Через несколько секунд дверь снова открылась и из Скайримской Миссии вылетел мой квама.
– Ну что, скотинка моя? 10+40+20+10+200 = 280. Похоже, беднякам повезло.
Илус Труптор очень обрадовался, узнав, что я получила гораздо больше денег, но 80 золотых оставил мне на чай.
– Илус, может, ещё возьмешь пару сотен? – спросила я. – У меня много, даже слишком. Тяжело мне 50000 золотом таскать!
– Гусары с женщин денег не берут! – ответствовал Илус. – Ступай-ка, солнце моё, в Аргонианскую Миссию, да принеси ещё оттуда 100 золотых. Да, возьми-ка вот поясок Стендарран и туфли Зенитара, вдруг пригодится. Аргонианская Миссия рядом со Скайримской.

Выйдя от Илуса, я тихонько подкралась к Кайе и гаркнула у него над ухом:
– ПОВЫШЕНИЕ!!!
Бедняга Кайе подскочил аж до потолка:
– Служитель, служитель, иди уже, так до инфаркта можно довести!
В Аргонианской Миссии толклись аргониане. Странно, с чего бы это? Невоспитанный квама сразу же принялся объедать комнатные растения. С денежками ящеры расстаются очень неохотно.
– Аргониане-рабы и так на Империю пашут, ещё и деньги отдавай! – галдели ящеры.
Только их предводитель, Им-Килайя отсыпал 100 золотых. В принципе, можно было бы и сотенку своих добавить, и я уже собралась уходить, но моё внимание привлекла деревянная дверь. За дверью обнаружилась лесенка, ведущая куда-то вниз, вниз, вниз… А в самом низу сидела аргонианка в синей рубахе. Перетерев с ней, я узнала, что она служит Двум Лампам. Расцеловав коллегу в чешуйчатые щёки, я прошла дальше и обнаружила бассейн.
– Ух ты, здорово, сейчас искупаюсь! Но только я нырнула, как на меня накинулись кровожадные пираньи. Поотшибав им головы кинжалом я вынырнула на другой стороне бассейна и, как ни странно, обнаружила там запертую камеру, а в ней – беглую рабыню Он-Ван.
– Тсс! Никому не говори! Я прячусь, – прошептала Он-Ван. Натянув одежду на мокрое тело, я взлетела наверх.
– Это что же, у вас там беглый раб прячется?! – возмущённо налетела я на ящеров.
Они, стыдливо опустив глаза долу, отвалили мне ещё сотню золотых. Так что Илус снова получил 200 монет вместо 100.
– Тебе бы налоговым инспектором работать! – похвалил он меня. – На-ка, возьми мантию, благословлённую Зенитаром. Ещё нужны задания?
– Certamente, si.
– Форт Легиона Пёстрой Бабочки бедствует. У солдат доспехи износились, мечи затупились, шлемы помялись. Поезжай-ка в Альдрун да потряси тамошних обитателей, как наберешь 100 золотых – неси мне.
– Илус, ну возьми 100 золотых, даже 200, мне правда их девать некуда!
– Ни фига! Иди работай.
Вот так всегда. Ну хоть дома побываю, как там мои маги? Совсем, поди, без начальника распустились. Да нет, вроде всё спокойно. Денег, правда, маловато дали (знают, подлые, что Архимаг у них Биллу Гейтсу на пятки наступает!), пришлось идти в Гильдию Воров.
– Ишь ты, Архимаг и Архивор пожертвования собирает… Ну-ну. Дело это похвальное, вот, возьми 60 дрейков, – ухмыльнулся Аэнгот Ювелир. – Мы, воры, не жадные.
Не жадными также оказались орки Йак гро-Скандар и Дулар гро-Бузга. Жабий Язык попытался всучить чек.
– Знаешь, куда ты можешь деть свой чек? – спросила я.
– Нет. Куда? – удивился наивный ящер. – Нет, нет, не надо, не говори, знаю! На, возьми наличными.
– Так бы сразу.
Народ в Альдруне в большинстве своём не жадный, так что 200 монет мы с квамой собрали легко.
– Пойдём, квасик, прогуляемся перед сном, – сказала я.
– Пойдём, – сказал квама и поскакал к аэропорту. Я последовала за ним. Видимо, небесные пескомёты в тот день сломались, и вечер был на удивление ясный и тихий. Закат окрасил небо в багровые тона, на востоке зажигались первые звёзды. Две луны величественно всходили над пустыней. Вдруг всё это великолепие прорезал плач:
– Ох ты, горюшко моё горькое! Ох ты, сокол мой ясный, солнышко моё упавшее!
Мы с квамой поспешили на голос. Неподалеку от аэропорта на земле сидела данмерка Фалану Индарен и горько плакала. Сквозь слёзы она объяснила, что она со своим мужем Дререлом прогуливалась по пустыне, а на них напали гончие-никс, и теперь её муж пропал.
– По-моему, он убежал на запад, – всхлипывала она. – Наверное, он уже умер…
– Ничего, ничего, – успокоила я эльфиню. – Ну-ка, квася, бегом искать мужа!
Квама поскакал на запад, я за ним. На нас тут же накинулись трое никсов.
– Ух ты, какая удача, на ужин сделаю мясное рагу, – пыхтела я, пронзая гончих копьём. – В очередь, сукины дети, в очередь! Вот так!
Беглый муж обнаружился за следующим пригорком. Он трусливо шухерился среди скал. Я напустилась на него с кулаками:
– Стоит тут, скальных наездников считает! Там жена уже все глаза выплакала! А ну иди за мной, негодник!
Дререл виновато поплёлся за мной. Квама скакал сзади и хватал его за пятки, чтобы шёл быстрее. После воссоединения супруги подарили мне книжку «Танец в Огне». Наверное, про йогов.
На ужин мы с квамой поели свежего жареного мяса никсов, а с утра пораньше отправились в Эбенгард. Кайе выжидательно посмотрел на меня, когда я вошла.
– Повышение! – шепнула я.
– Адепт! – шепнул Кайе. – Что ты делаешь сегодня вечером?
Но я только погрозила редгару пальцем и пошла к Илусу. Если бы ты знал, Кайе, как я неравнодушна к редгарам! Вот и в Квартале Чужеземцев кузнец Алусарон – как взглянет на меня, так голова закружится. Но… Вечно это «но». Эх, где тот силт-страйдер, что отвезёт меня в Вечный Город? Сдаётся мне, там моё место, а не здесь.
– Что-то случилось, красота моя неописанная-разрисованная? – участливо спросил Илус, увидев моё расстроенное лицо.
– Да нет. Нормально всё. Вот, возьми 200 золотых.
– Спасибо… Может скажешь, в чём дело?
– Да ни в чём.
– Ну ладно. Денег пока хватает, ты у нас прямо стахановец. Тут у нас пьян… эээ, праздник намечается, Конец Урожая. Нам нужна рубашечка, красная с чёрным камзолом. Ты поспрашивай портных, может, у кого завалялась лишняя. Да вот книжечку возьми, «Игра торговли».
– Ага. Хорошо.
Ближайшая портниха, Агриппина Херенния (ну и ну!) обитала в каналах Чужеземного Квартала. Всю дорогу до её магазина мы с квамой размышляли, что же это за странный праздник такой – Конец Урожая? Квама утверждал, что Урожай – это имя собственное, но я с ним не соглашалась. Не бывает таких праздников!
У Агриппины искомой рубахи не оказалось.
– Ты сходи в Кальдеру, у тамошнего портного Фаланаамо должна такая быть. Он у нас спец по этническим костюмам.
Фаланаамо! Как же, как же, знаем. У него единственного нашлась нормальная юбка, не в пол, а выше колена. Мы с квамой скорее понеслись в Гильдию Магов и телепортировались в Кальдеру. Портняжка проживал совсем недалеко, в двух шагах.
– Ой, кто пришёл! – заулыбался он. – Ну, как юбочка?
– Сносу ей нет! Жалко, что ты туфельки на шпильке не делаешь.
Фаланаамо виновато развёл руками.
– Нужна мне рубашечка, красная с чёрным камзолом. Такая у тебя есть?
– А то как же! На, возьми, да вот ещё и штаны, для хорошего человека ничего не жалко!
Денег Фаланаамо не взял, как я не пыталась ему заплатить. Илус остался доволен и дал мне следующее задание.
– Ступай в Балмору, солнце моё, да потряси тамошних трактирщиков. Для благотворительного обеда нам нужно 5 бутылок киродиильского. Легко они с выпивкой не расстанутся, так что ты постарайся.
– Постараюсь, – пообещала я.
Сбор бренди мы с квамой начали со «Счастливой Тюряги». Хозяин Бенуниус Агрудилиус попытался отделаться от нас бутылкой гриифа, но после того, как получил этой самой бутылкой крепкое внушение по голове, вытащил из-под прилавка бутылочку киродиильского. Главное что? Главное – расположить к себе людей.
Бакола Клосиус в «Южной Стене» не пожалел для Архивора выпивки. Отдав бутылку, он наклонился и прошептал мне в ухо:
– Ты же вор. Не дело это – выпивку выпрашивать, сходи в «Клуб Совета», там у них очччень хороший винный погребок. Твои способности всем известны, думаю, если ты прихватизируешь оттуда бренди, никто возражать не будет.
– Хммм… Что же, смысл в твоих словах есть, Бакола. Присмотри за кваськой, а я сбегаю в Каммону Тонг.
Каммона Тонг… Звучит как удар колокола на китайской пагоде. Кажется, большой босс у них – Орвас Дрен? По-моему, да. В клубе справа от бара есть чуланчик, в чуланчике есть два яшшычка, в одном яшшычке – 5 бутылок бренди. Чулан даже не заперт. Дети!

Don't be fooled by the rocks that I got
I'm still, I'm still Jenny from the block
Used to have a little, now I have a lot
No matter where I go
I know where I came from

Напевая развесёлую песенку, я отправилась в «Южную Стену» за квамой. Бутылки в рюкзачке весело позванивали.
– Пойдём, квасик, отнесём Илусу выпивку. Главное – не поддаться искушению и не употребить самой.
Ох как обрадовался Илус, увидев бутылки! Как заблестели его глаза! Ну надо же, человек душой болеет за благородное дело, подумала я.
– Молодчина! Отправляйся-ка теперь в Кальдеру, там в Зале Правительства есть некто Куниус Пелелиус. Он должен 500 золотых Фонду вдов и сирот, да, наверное, был очень занят, и забыл. Сходи, напомни ему!
Было видно, что Илусу не терпится поскорее спровадить меня. Когда я вышла, из- за двери раздался хлопок выскочившей пробки. Ах ты, скотина, подумала я. Бренди для благотворительного обеда, как же!
В Зале Правительства кальдеры и правда нашёлся Куниус Пелелиус («Я по паспорту Марк Юльевич Цицерон!» Откуда это?)
– Здравствуйте, Куниус!
– Здравствуйте.
– Вы, верно, забыли, что должны 500 золотых Фонду вдов и сирот? Меня послали вам напомнить.
– Я занят! Зайдите позже.
– Но, Куниус…
Но противный Куниус не пожелал разговаривать со мной. Ну хорошо, позже, так позже, а пока что поболтаю вон с тем орком, настраивающим лютню. Ростом я ему была ровно по плечо.
– Олумба гро-Боглар.
– Нат.
– На-ка, настрой вторую лютню, а между делом расскажи, чего ты хотела от Куниуса.
Выслушав мою историю, Олумба хехекнул.
– Да у него в кармане – вошь на аркане, а ты хочешь 500 золотых! Он всем кругом должен, поэтому ворует эбонит из шахт.
– Да ну?
– Ну да!
Куниус обернулся и метнул в нас подозрительный взгляд, видимо, догадываясь, что речь идёт о нём. Но мы с Олумбой лихо вскинули настроенные лютни и запели народную итальянскую песню:

Mare bella donna,
Che un bel canzone,
Sai, che ti amo, sempre amo.
Donna bella mare,
Credere, cantare ,
Dammi il momento,
Che mi piace piu' !


Uno, uno, uno, uno momento,
Uno, uno, uno sentimento,
Uno, uno, uno complimento
E sacramento, sacramento, sacramento...

– Что сие значит? – удивился Куниус.
– Это песня о бедном рыбаке, который попал из Неаполя в бурное море. А его невеста стояла одна-одинёшенька на берегу и ждала его. Ждала-ждала, пока не дождалась. Тогда она сбросила с себя последнюю одежду и прыгнула со скалы в море, и бушующая пучина поглотила ея в один момент. В общем, все умерли, – перевела я, надо сказать, очень и очень приблизительно.
Куниус разрыдался и бросился вон. Мы перестали играть.
– Так что давай, дуй в шахту, да поговори с рабами, они тебе побольше расскажут! – подмигнул мне орк.
В шахту, так в шахту. Это на юго-западе. По пути зашла в гостиницу горного дела – ни души. На столе лежал ключ. Я люблю ключи, даже коллекционирую. Прихватила и этот для коллекции.
В шахте я поговорила с первым попавшимся рабом, который подтвердил, что Куниус по ночам ворует эбонит. Ах ты, нехороший человек, подумала я. Ещё раб сказал, что где-то есть тайная книга учёта, где всё это записано.
– Ручку дай! – говорю я рабу.
– Зачем?
Я показала ему ключик:
– Оковы тяжкие спадут, темницы рухнут, и свобода вас встретит радостно у входа, и братья меч вам отдадут.
– Какой меч? – удивился раб.
– Эх ты, темнота! Пушкина не читал!
Наручник лязгнул и упал на пол, счастливый раб с гиканьем помчался в светлое будущее. Через несколько минут туда же отправились и все остальные рабы. Я же вернулась назад в Кальдеру, разбираться с Куниусом. Олумба гро-Боглар всё сидел в своём уголке и бренчал на лютне, получалось у него здорово, почти как у Эрика Клэптона.
В Зале Правительства была винтовая лесенка. Поднявшись по ней наверх, я столкнулась с Одралом Хельви, он посмотрел на меня, но ничего не сказал. Рядом с ним обнаружилась дверь в другую комнату, а в другой комнате – запертый сундучок. Недолго он оставался запертым, и вот уже тайная книга учёта у меня в руках. Ах, дорогой мой Куниус, бюрократия ещё никого до добра не доводила, подумала я и пошла вниз.
– Куниус!
– Я же сказал, что занят!!!
– Никак, мешочки готовишь?
– ???
– Для эбонита. Ты ведь из шахт эбонит таскаешь в мешочках? Или на тележке? Я вот тут книжицу занятную нашла, хочешь, продам по дешёвке?
Куниус побледнел, потом покраснел, потом позеленел от злости.
– Сколько ты хочешь? – прошипел он.
– 500 золотых в Фонд вдов и сирот! – отрапортовала я.
– Денег у меня нет, возьми вот эбонит, продашь – будут деньги.
Охота была мне каменюки таскать! Но делать нечего – пришлось нести эбонит Ирголе-ростовщику, а денежки – Илусу. Тот несказанно удивился, узнав, что мне удалось вытрясти деньги из злостного неплательщика Куниуса, и на радостях насовал мне каких-то свитков.
– О, звезда моих очей! Моё денежное дерево! Моя тучка, проливающая золотой дождь! Сгоняй же по-быстрому в Восточную Имперскую Компанию (ВИК) и попроси тамошнего начальника, Цанктуниана Пониуса, дать 1000 дрейков на миссию у эшлендеров. ВИК находится около пристани, там, где статуя дракона.
– Как ты сказал?! Цанкут… Цунктан…
– Цанктуниан Пониус! Бегом!
На выходе я снова врезалась в Кайе.
– Повышение!
– Адепт!
– Чего?! Адепт в прошлый раз был!
– О, извини! Последователь.
– Так-то.
Пока бежала до ВИК, сломала всю голову – это как же надо не любить своего ребёнка, чтобы назвать его Цанктунианом?!
На пристани я шарахнулась от ужасной статуи. «Боже мой, и сюда уже этот грузин добрался!» – подумала я, вспомнив Петра I на набережной Москвы-реки, Поклонную Гору и коней на Манежной.
ЦК отыскался на первом этаже.
– Меня зовут Цанктуниан Пониус, – церемонно представился он, – но для тебя я просто Туни.
– Вот это уже лучше! Туни, мне нужно 1000 дрейков на миссию у эшлендеров, что бы это ни означало.
– О, мой бог! – Туни упал в кресло и схватился за голову. – Денег у меня нет. Представляешь, от нас недавно сбежал клерк Моссанон со всей кассой! Может… может… ты найдёшь его, а?
Туни умоляюще посмотрел на меня. Знать, судьба моя такая, помогать обиженным и угнетённым, попавшим в беду, а также разыскивать всяких придурков. Мы с квамой разделились и начали опрос свидетелей ВИК. Шазгоб гра-Лузган сказала мне, что Моссанона часто видели в Гильдии Магов Чужеземного Квартала. Квама тем временем допрашивал аргонианина Окан-Шея, но тот ничего не понимал и только таращил глаза. Конечно, куда ему, это только босмеры знают язык зверя!
Окан-Шей поведал, что у Моссанона есть девушка Телванни, но он её ото всех прячет. Может быть, проводник Гильдии Магов знает больше?
Флакассия Фаузейус рассказала, что действительно телепортировала альтмера в Садрит Мору.
– Ну тогда телепортируй и нас с квамой! – сказала я.
– Вечно вы чего-нибудь учудите, Архимаг! – покачала головой Флакассия.
Проводник Садрит Моры, альтмерка Иниэль, ничуть не удивилась при виде меня и квамы. Привыкла уже.
– Что ты знаешь об альтмере Моссаноне? – с места в карьер спросила я.
Иниэль покривилась.
– Он живёт с данмеркой Вольмини Драл. Она некрасивая, ужасно одевается и совершенно невоспитанна. И что он в ней нашёл?
Таак, похоже, у Иниэль тоже виды на Моссанона!
– И где же обитает Вольмини?
– Да тут, рядом. Из Вольверин Холла налево.
Так оно всё и оказалось. Маленький такой круглый грибочек с лесенкой, внутри у него данмерка.
– Моссанон дома? – спрашиваю я.
– Дома, – отвечает она.
– Эх, ты! А ну как я стражник?
Данмерка побледнела:
– Не губите!
Но мы с квамой уже шли на второй этаж. Моссанон вытаращил глаза, наверное, к нему никогда не приходили в гости квамы.
– Вы кто? – спросил он.
– Бонд. Джеймс Бонд.
– По какому делу?
– По делу о хищении казённых денег!
– Ой!
– Вот тебе и ой. Отдавать будем, или где?
Моссанон рассказал нам очередную лав стори. Влюбился он в Вольмини по уши, но почему-то решил, что она будет жить только с богатым. Вот и сбежал он с казённой кассой, а потом выяснилось, что Вольмини его вовсе не за деньги любит, а совсем за другое. За что именно – он не уточнил. Взяв с нас клятву не рассказывать Туни о том, где живёт Моссанон, он вернул нам 2500 монет.
– Извини, остальные потратил. Цветы там, духи, конфеты…
На первом этаже Вольмини тронула меня за рукав.
– Не выдавайте Моссанона, пожалуйста! Где сейчас ещё такого найдёшь?
– Какого «такого»? – поинтересовалась я.
– Он такой… такой… Полный сил, не пьёт, не обижает, и не убежит, как некоторые, – гордо ответила Вольмини.
Знакомый базар… Где-то я уже про такого слышала, подумала я.
– Уговорили, не выдам. Пойдём, квамсик, пора нам.
Туни был очень рад получить назад денежки и тут же отсыпал нам 1000 дрейков.
– На эшлендеров, туды их в качель!

Кайе как-то странно посмотрел на меня, когда я вошла. Какие-то озорные огоньки забегали в его глазах. С чего бы это?
– Вау, 1000 дрейков! – ликовал Илус. – Ты просто супер! Ты была рождена, чтобы вышибать из людей деньги!
– Дальше-то из кого вышибать? – поинтересовалась я.
Илус полистал свой склерозник и сообщил, что это всё. Дань я собрала со всех, с кого только можно, и теперь перехожу в полное распоряжение Кайе. Так вот почему тот так странно на меня смотрел!

>>Продолжить<<



© GOhardrock aka O'Legus